История Руси

И СНОВА – О “СЛОВЕ”

В декабре прошлого года отмечалось 200-летие первой публикации широко известного памятника древнерусской литературы – “Слова о полку Игореве”.

Впервые астраханская литературная общественность не осталась в стороне от празднования этого события, поскольку теперь и наш город может считать себя причастным к исследованию этого шедевра древнерусской литературы. В октябре 2000 г. в столичном журнале “Слово” был опубликован новый перевод “Слова о полку Игореве”, выполненный нашим земляком, астраханским писателем Михаилом Кононенко, который уже более 15 лет сотрудничает с нашей газетой. На правах старых друзей мы взяли интервью у первого астраханского переводчика “Слова” Михаила Кононенко.

- Михаил Федорович, публикация в столичном журнале – это, конечно же, не рядовое событие, поэтому позвольте вас с ним поздравить от имени коллектива редакции нашей газеты.

- Большое спасибо, и не только за поздравление, но и за то, что многие главы из неизданных еще мною книг первыми донесла до читателя ваша газета.

- А скажите честно, вас не тяготит это “первенство”: первый в Астрахани переводчик “Слова о полку Игореве”, первый в истории Камызякского района член Союза писателей России, первый астраханский писатель, опубликовавшийся в журнале “Слово”, в далекой Австралии…

- Если честно и всерьез, то я этого “первенства” не ощущаю, потому что в нашей писательской организации немало писателей и поэтов, не только публиковавшихся, но и издававших свои книги в Москве: А. Шадрин, А. Марков, Б. Ярочкин, Ю. Никитин, Ю. Щербаков… Сейчас дело идет к тому, что вам в недалеком будущем придется брать интервью у А. Маркова по поводу выхода в свет в Греции его книги “Варвакис” в переводе на греческий язык. Поэтому “первенство” в писательской судьбе – ноша преходящая. Я думаю, что у нашей писательской организации еще не полностью раскрыт потенциал.

А если в шутку отвечать на ваш вопрос, то мне, видимо, следовало бы тяготиться своей фамилией, ведь “кон” – это в переводе на современный русский язык означает “начало”, а “конон” – начинатель и, соответственно, “Кононенко” – Начинателев. А начинающий – всегда первый. Не менять же из-за этого фамилию.

- Михаил Федорович, не могли бы в двух словах рассказать, в чем новизна вашего перевода, заинтересовавшего журнал “Слово”.

- Отличие его в том, что предшествующие переводы сделаны без учета некоторых особенностей древнерусских текстов, написанных скорописью – наиболее распространенным на Руси способом письма. Помните, в наших былинах:

На правом-то колене

держит бумажечку,

На левом-то колене

держит чернильницу,

Во правой-то руке

держит перышко,

Сам пишет ярлык

да скору грамотку.

А в скорописи, в отличие от устава или полуустава, сокращения знаком “титло” не обозначались. Эти-то сокращения и стали камнем преткновения для многих переводчиков “Слова”. На “подсказки” в русском былинном эпосе почему-то никто внимания не обращал. Поэтому “темные места” переводили по наитию, а не дословно.

Так, сокращение “пръсты” во всех переводах принимает значение “персты”, хотя в “Слове” речь идет не о пальцах Вещего Бояна, а о его “поростах” – творениях, сочинениях. Сокращение “утръпе” переведено как “померк”, в то время как полная форма сокращенного слова “ауторопе” должна переводиться в значении “оторопел, замер” и так далее. Словом, никакой отсебятины – все в соответствии с буквой и духом произведения, правилами древнерусского языка.

- Спасибо, вот теперь нашим читателям станет понятно, что вы дали не очередной поэтический перевод, а по сути дела, подстрочник.

А как вы относитесь к поэтическим переводам Н. Заболоцкого, В. Туковского, А. Майкова, К. Бальмонта и других поэтов, более или менее известных.

- После моего предыдущего ответа этот вопрос очень похож на провокацию. При всем моем уважении к вышеупомянутым мэтрам поэзии мне трудно понять, как можно создавать поэтический перевод произведения, в котором до сего времени не выяснен ритм, в словах которого все еще не восстановлено полногласие древнерусского языка.

Насколько я могу судить, некоторые места “Слова” написаны, как и былины, еленьским стихом, то есть с фиксацией ударения на третьем слоге от начала строки – стиха и на третьем слоге от конца, но утверждать, что все произведение написано с применением этого способа стихосложения, я бы не рискнул.

- Михаил Федорович, в течение прошедшего года увидели свет две ваших книги, одна из которых (“Русская Атлантида”) удостоена литературной премии им. В. Хлебникова, а основная идея другой перепечатана журналом “Слово”. Каковы же планы на будущее? Может ли читатель рассчитывать на то, что вы продолжите в таком же темпе знакомить его со своими новыми произведениями?

- Я бы сказал скромнее: “работами”. Планы прежние – издать все, что написано, не прекращая работы над новыми книгами, и постоянно дополнять написанное новыми фактами, идеями, мыслями, которые являются плодами изучения новых объектов исследований. Что же касается темпа, то он находится в прямой зависимости от результатов поиска спонсоров. Ведь пока дело дошло до издания книги “Слово о полку Игореве” (перевод “Слова о полку Игореве”), прошло более трех лет, и сейчас уже готов более совершенный перевод. Да и “Русская Атлантида” обросла новыми главами, часть которых ваша газета уже опубликовала. Кроме того, хочется издать в России и то, что уже давно опубликовано в Австралии, ведь писал-то я не для австралийцев, а для соотечественников. Постоянно пополняются новыми сведениями и главами книги “К истокам русского слова”, “По следам атлантов”, “Две Илиады” и другие (названия, соответственно, рабочие). Появились некоторые предпосылки к рождению книги “Астраханские тайны” (о событиях 30-40-х годов).

- Ваше желание писать и издавать книги вполне естественно для профессионального писателя. А есть ли другие желания?

- Конечно, есть. Одно из них – обзавестись персональным компьютером, чтобы ускорить процесс создания книги и подготовки ее к печати…

- Но это практически вытекает из ответа на предыдущий вопрос. Речь несколько о другом – о желаниях, не связанных с писательской деятельностью.

- Есть и такие. Хотелось бы попутешествовать. Так уж сложилось, что детство мое прошло “на колесах” – наша семья осела на одном месте чуть более тридцати лет назад. И, видимо, стремление к перемене мест, перемене обстановки уже в крови и постоянно дает о себе знать. Снова хочу в Сибирь, на Урал, на Тамань, в Новгород и даже на Дальний Восток, хотя там никогда не был. Хочу не только умом, а душой и телом чувствовать необъятные просторы русской земли. Но увы, наши желания не всегда совпадают с нашими возможностями.

- В таком случае желаем вам побольше новых изданных книг и исполнения всех желаний. До скорых встреч на страницах ваших книг!

Ю. НИКОЛАЕВ.