Югославский кризис

Е.В. Гильбо

 

Наблюдая последнюю неделю реакцию как правительственных, так и прочих СМИ на мировые события, можно подумать, будто Россия уже вступила в третью мировую войну по сценарию 1914 года. При этом МВФ выдает России кредиты, Примаков убеждает Милошевича уступить, а тон СМИ вдруг в одночасье меняется не в пользу сербского президента.

Интересно, что эмоциональный настрой средств массовой информации не совпал с настроем общественного мнения. По данным опросов, менее трети населения готовы активно поддержать сербов, еще около трети им сочувствуют, а треть - винят во всем именно несговорчивого Милошевича.

Результаты неожиданные, если оценивать все только с внешнеполитической точки зрения. На самом деле происходящее отражает жестокую внутриполитическую борьбу. И в этой борьбе за власть в России Сербия оказалась разменной монетой. Впрочем, и Россия оказалась в роли средства для разрешения внутренних проблем Сербии. Да что уж - и НАТО оказалось в роли средства для осуществления внутриполитических целей сербского президента.

Пока СМИ нагнетали обстановку, серьезные аналитики - военные и экономисты - в стенах Совета Федерации собрались для неформального обсуждения проблемы. Их "брейнсторминг" позволил обратить внимание на такие аспекты ситуации на Балканах, которые остаются невидимыми для общественного мнения. И в то же время, именно эти аспекты определяют развитие ситуации.

 

Провал внешнеполитической "линии Примакова"

 

Прежде всего, положение и роль России в Балканском кризисе, как лакмусовая бумажка, проявили глубокий провал политики, осуществляемой на протяжении последних 12 лет, после отставки Громыко, тремя министрами - Шеварднадзе, Козыревым и Примаковым. Первый из них осуществил прекращение противостояния России и Запада за счет односторонних уступок в обмен на обещания Запада. Второй старался не торопить Запад с выполнением его части договоренностей, удовлетворившись исполнением их финансовой и гуманитарной части. Наконец, третий, заморочив всех патриотической риторикой, настаивал на выполнении этих условий, как на чем-то само собой разумеющемся. Когда стало ясно, что Запад выполнять условия не собирается, у Примакова не нашлось никакой конструктивной альтернативы, кроме выражения обид и протестов по этому поводу, да попыток изобразить противоестественные бессильные союзы с азиатскими деспотиями.

В чем же порочность тактики всех трех министров? Был упущен основополагающий принцип: поведение субъектов международного права определяется соотношением сил и интересов, а не договоренностями.

После роспуска ОВД и вызванного этим распада СССР исчез главный фактор, на котором базировались договоренности Горбачева-Шеварднадзе - страх перед силой Советской Империи. Исчезла сама эта сила, но ситуация была все еще благоприятна из-за инерции. Упускать ее было преступно. Необходимо было заменить исчезнувшую силу стимулом в виде общности интересов, глубокой взаимозависимости Запада и России.

Но конструктивной работы в этом направлении не велось. Не был реализован ни один экономический проект, создававший России стратегические преимущества, такие как проекты Центра "Модернизация" ("Золотой рубль", "Русское оружие", "Единая валюта СНГ", "Русский транзит"). К моменту балканского кризиса у России не осталось никаких козырей на руках, ни по какому направлению Запад от России не зависит, а страх перед силой уже исчез.

Это и стало причиной провала внешнеполитической линии всех правительств эпохи ельцинизма. Отсутствие конструктивности, ориентация на догмы и рецепты времен Империи (которая, в отличие от РФ, имела средства для реализации этих рецептов), нежелание творчески осмыслить геополитическую ситуацию, беззубое нудение о неприятии мондиализма и многополярности мира вместо осознания реалий - за все это пришлось заплатить дорогой ценой.

Балканский кризис стал моментом истины. Он выявил очевидный факт, что с Россией перестали считаться при выработке внешнеполитических решений.

Правда, Примаков сумел обратить собственный внешнеполитический провал себе на пользу внутри страны.

 

Экономический провал и внутриполитическая победа Примакова

 

Беспомощность, которую показало правительство Примакова в сфере экономики за полгода, может быть сравнима только с его провальной внешнеполитической линией. За шесть месяцев ничего не сделано для преодоления последствий кризиса.

Валовой выпуск продукции и услуг пяти базовых отраслей российской экономики в январе-феврале 1999 г. снизился по сравнению с тем же периодом 1998 г. на 6,1%. Спад промышленного производства в январе-феврале 1999 г. по сравнению с тем же периодом 1998 г. составил в России 4,3%, сельскохозяйственного - 5,5%. Оборот розничной торговли сократился на 17,4%, объем платных услуг снизился на 1,2%. Грузооборот предприятий транспорта снизился на 2,0%, инвестиции в основной капитал сократились на 9,3%.

Вдвое снизился уровень жизни и доходы населения. Зарплаты и пенсии сократились в реальном исчислении в два раза, но даже эти мизерные суммы не выплачиваются в срок нигде, кроме Петербурга и Москвы. Проблема долга не решена: накопился огромный объем эмиссии, причем эмитированные деньги пошли не на инвестиции и компенсации для населения, а целиком переданы банкирам, которые скупили на них остатки накопленных населением долларов и вывезли эти доллары за рубеж.

В результате в апреле неизбежен огромный всплеск инфляции. Доллар вырастет до 30 рублей (и до 50 к концу года), цены в последнюю неделю марта начали свой марш вверх и вырастут вдвое к концу года. Производство рассыпается.

Понятно, что как только плоды политики Примакова проявятся, придется искать виноватого. Виноватым, очевидно, сам Примаков и является. Уже в мае общественное мнение сильно переменилось бы в отношении премьера, что дало бы Ельцину повод снять его. Ельцин даже сделал первые шаги - снял Бордюжу и собирался снимать Путина.

И тут все как будто переменилось. НАТО бомбит Югославию. СМИ в едином порыве создают шовинистический угар, как будто не сербы, а мы воюем с НАТО. Недовольство народных масс, особенно патриотической и коммунистической ориентации, находит в НАТО естественный громоотвод.

Теперь все апрельские ужасы в экономике можно списать на войну. Война, а не провал политики правительства может быть объявлена причиной и роста цен, и обвала национальной валюты, и невыплат зарплат и пенсий. Теперь Ельцину уже не снять Примакова. И Ельцин отступает - он назначает Путина на место Бордюжи, сохраняя это место, таким образом, за командой Примакова.

Примаков победил.

 

Милошевич - победитель?

 

Надо сказать, что идентификация Милошевича и Сербии была бы столь же некорректна, как, например, идентификация Ельцина и России. Даже в меньшей степени, потому что в 1996 году Ельцин все же выиграл выборы, а Милошевич даже не решился на них и отказался от поста Президента Сербии, создав пост президента Югославии, избираемого парламентом.

Именно Милошевич повинен в развале старой СФРЮ в 1990 году, как Ельцин - в развале СССР. Нежелание Милошевича, тогда Президента Сербии, допустить предусмотренную конституцией ротацию представителей республик на посту союзного президента, попытки монополизировать этот пост за своей республикой привели к выходу из СФРЮ сначала Словении, затем - Хорватии, а затем пришлось выйти Боснии и Македонии, население которых вовсе не хотело этого.

Сербский национализм Милошевича, шедший вразрез с имперским интернационализмом, завещанным маршалом Тито, не встречал широкой поддержки в самой Сербии, а вызванный его политикой развал страны породил жесткую оппозицию как со стороны великосербских сил, так и со стороны западников - демократов и монархистов.

Но после начала НАТОвского давления на Сербию ситуация изменилась. И вождь великосербского движения Шешель, и вождь монархистов Драшкович пошли на союз с Милошевичем. Возникновение единого национального фронта, разрыв монархистов с Западом укрепили положение Милошевича, превратив в национального лидера.

Думается, он за это очень благодарен НАТОвским стратегам.

 

"Гуманитарная катастрофа"

 

Представьте себе, что вы на своей исконной территории приняли значительное количество беженцев из соседней страны, режим в которой им не понравился. Спустя несколько десятилетий эти беженцы вдруг объявляют претензии на приватизацию выделенной вами им земли и на создание на ней своего государства.

Очевидно, это несправедливо. Справедливо потребовать от них исполнения законов или выезда обратно на историческую Родину. Но за много лет сменилось поколение, молодежь родилась в этих местах и склонна считать землю своей. Она уходит в горы и начинает партизанскую войну. Любое мирное решение проблемы означает потерю территории.

Но не мирное решение означает насильственное выдворение из страны всех албанцев и физическое уничтожение десятков тысяч боевиков. Пойти на такое в условиях мирного времени нельзя.

Милошевичу нужна была война - и даже больше, чем Примакову. Тут-то НАТО и оказало ему услугу.

Понятно, что бомбардировки НАТО означают войну, условия военного времени. А законы военного времени, как известно, от законов мирного времени отличаются. Несколько разбомбленных заводов и полицейских участков - не слишком большая плата за войну. Зато теперь никто не может упрекнуть Милошевича за то, что он действует по законам войны.

Югославия - несомненная жертва агрессии. И не важно, что эта агрессия - "дозированная". Теперь все действия, совершенные по законам войны, могут быть признаны вынужденными, ответом на нападение.

Только за первую неделю Милошевичу удалось организовать депортацию 100 000 мусульман в Албанию и частично - в Македонию. При выезде у них изымаются паспорта и номера машин. Еще три недели - и при сохранении таких темпов албанцев в Косове не останется. Боевики же, рассматриваемые теперь как пособники агрессора, будут по законам военного времени - сами знаете.

Через месяц албанская проблема будет радикально решена. НАТОвская агрессия вскрыла этот нарыв и разрешила вопрос так, как хотел этого Милошевич.

 

Куда вляпалось НАТО?

 

Последствия нападения на Сербию для США, какую бы дальнейшую тактику они ни выбрали, очевидны. Выиграть полномасштабную войну без мобилизации не получится, а мобилизацию проводить нет возможности. Воздушные же операции, хотя и наносят Сербии ущерб, но не больший, чем потери самих США. Вряд ли несколько полицейских участков и цех авиазавода стоят дороже, чем сбитые сербами бомбардировщики.

Уже за первую неделю поддержка акций НАТО в Европе снизилась по опросам с 65% до 45% - падение катастрофическое. Многие политики отреагировали на происходящее антиамериканскими выпадами. Французские левые и крайне правые, шотландские националисты и немецкие зеленые, итальянские коммунисты и радикалы, поголовно все греки начали высказывать открытое недовольство действиями НАТО, валя все на Америку.

Когда Примаков вместо мирных инициатив привез в Бонн из Белграда фактический ультиматум Милошевича, такое посредничество взбесило немецких и американских политиков. Но время работает не на НАТО. То, что кажется возмутительным сегодня, покажется вполне приемлемым завтра.

 

Эмоции и реальность

 

Очень многие представители правящей элиты США были беженцами из Европы. Типичный пример здесь - американские гоосекретари, Генри Киссинджер и Мадлен Олбрайт. Эмоции этих людей, сочувствующих согнанным с насиженных мест албанцам, понятны. Точно так же, как понятны эмоции российских псевдопатриотов, на которых строилась "обидчивая" политика последних лет.

Но если преобладание эмоций над трезвым расчетом привели Россию к выпадению из числа держав, с которыми считаются при принятии решений, то аналогичная ситуация привела НАТО к нынешнему грустному положению, мерзостность которого еще не осознана до конца.

Урок прост: во внешней политике не должно быть места эмоциям. Должен преобладать трезвый расчет и умение конструктивно и творчески мыслить, находить неожиданные решения, объективно изменяющие ситуацию в пользу своей страны.

Альтернатива таким переменам - продолжение давно наметившихся тенденций. Для России - ослабление позиций в мире, для НАТО - изоляция и увязание в тупиковых региональных конфликтах. Таков вывод аналитиков - экономистов и военных -, обсуждавших в эти дни уроки балканского кризиса.