Эти слова взяты из выступления посла Германии в России перед журналистами на двухдневном семинаре по проблемам взаимодействия Европейского союза (ЕС) и нашей страны. Господин фон Плетц словно выпадал из обычно чинного, сдержанного и "застегнутого дипломатического ряда". Он попросту обаял требовательную редакторскую аудиторию своей простотой, искренностью, логикой и ясностью речи. А когда фон Плетц признался, что российские помидоры ему нравятся гораздо больше, чем европейские, то аудитория враз стала напоминать домашнюю встречу друзей.
"Окружение" с добрыми намерениями
После одного вопроса посол сказал, что "возврата в историю не будет, да еще в историю двадцатого века, которая сложилась трагически". Суть вопроса заключалась в том, не опасно ли для Калининграда быть окруженным со всех сторон странами Европейского союза? Тем более что стран этих в ЕС в ближайшее время будет не пятнадцать, а двадцать пять. Наоборот, уточнял посол, такое "окружение" только усиливает возможности интеграции между ЕС и Россией по вопросам экономики, безопасности, борьбы с терроризмом, юстиции, науки и образования.
Любопытно, что в перечне направлений сотрудничества, полученном на семинаре, на первом месте стоят проблемы пограничной службы, организованной преступности, терроризма, незаконной эмиграции, надежности российских загранпаспортов, пошлины, а в конце списка - сельского хозяйства, экологии и на самом последнем месте - прав человека.
Из этой нынешней последовательности можно сделать несколько выводов, в какой-то степени исключающих друг друга. Первый: очевидно, что Европа напугана терроризмом и ищет заградительные от него рамки. Она хочет себя защитить, что вполне естественно, а в борьбе с терроризмом помощь соседней России очень важна. Второй вывод: в Европе чутко учитывают перемены в нашей стране. Например, в сельском хозяйстве, которое впервые за многие десятилетия стало экспортировать зерно. Это уже аграрная конкуренция. А к ней крайне нервно относятся фермеры в таких странах, как Франция и Испания. Следовательно, сотрудничеству по сельскому хозяйству правильнее быть в конце перечня.
Казалось бы, странно, что права человека оказались на последнем месте. Вроде бы любимая тема для Запада в отношениях с Россией. Чечня же еще не стихла! Да и едва ли можно утверждать, что по всей нашей стране права человека стали соблюдаться. Дело, как думается, в другом. Эта тема несколько "обрыдла" Европе и одновременно ожесточила и смягчила ее позицию после войны в Ираке, после одиннадцатого сентября, после странного самоубийства Келли и т.д.
Стало ясно, что в полном масштабе соблюдать права человека в борьбе с беспощадным терроризмом трудновато. Тут все на грани. Кроме того, и об этом нельзя не сказать, в нашей стране работу по укреплению прав человека, при всех ее изъянах, все же идет постоянно. И это, конечно, замечается и принимается во внимание.
Но независимо от последовательности приоритетов значение ЕС в развитии России с каждым годом становится все более заметным. Наибольший успех выразился в соглашении о партнерстве и сотрудничестве (СПС). К 2010 году доля ЕС во внешней торговле России составит 55 процентов. Это притом, что Россия не член ЕС и сейчас даже не обсуждается вопрос о ее вступлении в Европейское сообщество. В новом году в ЕС вступят Кипр, Чехия, Эстония, Венгрия, Латвия, Литва, Мальта, Польша, Словакия и Словения. А мы только принимаем участие в создании общеевропейского пространства, обеспечивая свободное передвижение людей, капитала, товаров и услуг. И готовим, хотя и вяло, то, что называется безвизовым режимом, который, по словам Романо Проди, наступит, возможно, для русских через пять лет. И в первую очередь, как подчеркивалось на семинаре, безвизовый режим будет для студентов и молодежи, депутатов, бизнесменов, для нас, грешных, то есть для журналистов и для государственных служащих.
Зато вступление в ВТО нам "светит" не через пять лет, а гораздо раньше. Оно, скажем так, уже на пороге. Большинство членов ВТО приветствуют вступление России. "Мы вместе, - говорил посол Германии, - должны в жизнь принести мир. И открыть Россию миру". ЕС для достижения такой цели демонстрирует активные и разные усилия. Достаточно напомнить, что так называемой Шестой рамочной программе Еврокомиссии в области научно-технических исследований предусмотрено выделение 17,5 миллиарда евро на период 2002 - 2006 годов. На что уйдут эти внушительные средства? На исследования по геномике, космосу, на повышение качества продуктов питания, на развитие общественных наук, на международное сотрудничество, на интеграцию Европейского научного пространства, на создание центра совместных исследований и на многое другое. Этими примерами мы и ограничимся, рассказывая о взаимодействии ЕС и России. Перечисление всегда утомляет читателя. Полагаю, что гораздо интереснее для него будет полемика между отечественными и зарубежными журналистами и интервью с Явлинским, которые тоже были в программе семинара.
Имидж в их представлении
"Та сторона" состояла из журналистов Голландии, Австрии и французской "Монд". Нам сначала хотелось выяснить их отношение к России и, конечно, о чем они пишут. Впрочем, для нас важно было и отношение народов тех стран, которые они представляли, к России. Так вот, спешу успокоить читателей: Европа к нам относится хорошо. Подавляющее большинство иностранцев считают россиян людьми доброжелательными, добрыми и в большинстве своем образованными. Но живущими, к сожалению, в холодной стране, где шляются где попало, как вы понимаете, медведи, а люди постоянно "для сугрева" пьют водку и самогон. Впрочем, европейцы к нам относятся гораздо лучше и терпимее, чем иностранные журналисты, а они основные создатели имиджа России на Западе. Иностранные журналисты в этом сами признавались. Все, что относится к слову "положительно", в их интересы или не попадает, или этому уделяется чисто информационное, кратковременное внимание. Их любимые темы - Чечня, права человека, спивающиеся деревни или московские старушки под градусом, танцующие по вечерам в парках.
- Россия для нас, - говорил один из иностранных журналистов, - как подсознание Европы. Мы живем здесь в ожидании неожиданности и тревоги. Потому, возможно, что в Европе уже нет того, что у вас еще осталось. Недавно вот я писал, как поголовно все пьют в вашей деревне самогон. Три дня не мог в себя прийти - так наугощали...
- Так вы не о самогоне напишите, - предложили наши журналисты. - Тема давно избитая...
- На все нас не хватает, - слышалось в ответ. - Кроме того, интерес к России у европейского читателя падает. Сейчас на первом месте в интересах читателя Америка, потом Европа, на третьем месте Ближний Восток и только на четвертом - Россия. Поэтому места для России в наших изданиях находится все реже.
"Тогда, - размышлял я, - тем более надо заполнять выделяемую площадь не самогоном, а куда более значимой корреспонденцией по России. Почему, например, не написать о том, как область за три года увеличила свой бюджет в три раза. Или о том, что на реконструкцию оперного театра выделяются гигантские средства. Или как молодые исследователи становятся членами Российской академии наук".
Наши оппоненты вынуждены были признать, что жизнь регионов они знают слабо и надо лучше освещать провинцию. Но Москва держит журналистов словно канатами. Корреспондентка "Монд" пишет только о событиях в Москве. Например, о ЮКОСе, Ходорковском.
Разошлись наши мнения и при освещении чеченских событий. Выяснилось, что многие журналисты там побывали и знают события в Чечне "изнутри". Возражения редакторов быстро переросли в темпераментную полемику. Вот "отрывки" из нее:
- У вас есть сознание, но нет подсознания. А у нас был Достоевский, хорошо знакомый с подсознанием.
- Вы любите копаться в ранах. Вам не надоел давно тиражируемый и штампованный имидж России, который вы создали: медведи, калеки, самогон, попранные человеческие права и на каждом углу жулье и киллеры?!
- Вы не судите о России по Москве. Россия разная: и страдающая, и созидающая.
- С каким чувством вы будете уезжать из России: с радостью или сожалением? - спрашивали наши журналисты.
Ответ был единогласным: "Мы, уезжая, будем жалеть о России. Мы ЛЮБВИМ Россию". На этом диспут и закончился, и началось ...объединение. Не зря же господин Ричард Райт, глава представительства Европейской комиссии в России, призывал журналистов создать круг друзей на наших границах. А мы всегда за дружбу.
Лет через пятнадцать - двадцать. Не раньше.
Явлинский от выступления отказался и предложил перейти к вопросам. "Все, что надо, - заметил он не без иронии, - я уже сказал". Но совсем обходить тему семинара не стал. И сразу заявил, что "Яблоко" за то, чтобы Россия стала полноправным членом ЕС.
- Но случится это, - уточнил он, - не ранее, чем через пятнадцать - двадцать лет. Был бы рад, если б раньше, но так едва ли получится. Однако через два десятилетия наши дети и внуки будут иметь европейский паспорт. И это будет успехом для страны. Задача вполне реалистичная и достижимая. Надо только делать реальные, улучшающую нашу жизнь, шаги. Речь идет не только о том, чтобы Россия стала членом всех европейских институтов - политических, экономических, оборонных. Не только Россия заинтересована в объединении с Европой. У Европы есть такой же интерес к объединению с нами, хотя с этим едва ли все согласятся. И все же это так.
В наступившем веке будет два очень мощных центра экономической силы - Америка и Юго-Восточная Азия. И если Европа хочет быть конкурентом и бороться на рынках на равных с Китаем, Японией и США, то ей обязательно надо объединяться с Россией. Интеграция с нами и использование нашего рынка и ресурсов - единственный путь для Европы. И это путь экономического развития. Естественно, что одновременно с интеграцией с Украиной и Белоруссией.
- Формы интеграции, - продолжал Явлинский, - могут быть совсем не такие, как сегодня. Но она неизбежна. В то же время без движения в сторону Европы Россия не справится ни со своими границами, ни со своими проблемами, ни со своим будущим. А Европа без России не сможет конкурировать в мире. Первым шагом должен быть безвизовый въезд россиян в Европу. Я провел переговоры с господином Райтом и с послом Италии господином Факко Бонетти. Сейчас создана рабочая группа "Яблока" и Европейской комиссии по этому вопросу.
- А почему бы нам, - спрашивали у Григория Алексеевича Явлинского, - не встать на евразийский путь развития?
- Я хорошо отношусь к евразийской миссии России. В том смысле, что политическая задача России - вовлечение Евразии в европейскую цивилизацию. Здесь у России место в истории. Оно было таким и на будущее таким и останется. Но речь веду именно о Евразии, а не о всей, конечно, Азии. То есть о Сибири и Дальнем Востоке, и не более того. Давайте вспомним, что Россия когда-то не пустила Чингисхана в Европу. В этом миссия России и всей европейской культуры.
- Вы для России свой путь отвергаете? - спрашивали у лидера "Яблоко".
- Так называемый свой путь для меня не очень понятен, - отвечал он. - Что такое, к примеру, судебная система по-евразийски? Это то, что мы имеем сегодня в России? Но меня эта система мало устраивает. И вас, надеюсь, тоже. Что такое парламент по-евразийски? Это тот, что у нас? Но меня и такой парламент не устраивает. Он голосует за ввоз ядерных отходов, хотя даже во всех африканских странах ввоз запрещен. В то же время 95 процентов населения России против ввоза ядерных отходов. Парламент на это не обращает внимания, и в нем триста депутатов голосуют за ввоз. Как же далек от народа такой парламент!
- Но мы же, - слышится реплика, - миллиарды долларов получим за переработку таких отходов...
- Заверяю вас, - тут же отвечает Явлинский, - я готов вам расписку дать, что отходы будут у нас, а деньги за них будут "там", но только на других счетах.
Наконец, что такое СМИ по-евразийски? Это то, что мы имеем сегодня? Или что? Может, вы хотите жить, как в Китае? Но меня это снова не устраивает. Да и не получится, как в Китае. Другие мы. И наша "особость" никуда не денется, мы с нею останемся. Только у нас могут при перевозке ядерных отходов из Новороссийска в Новосибирск снять с одного вагона алюминиевую крышу...
- Предположим, - развивал далее тему евразийства Явлинский, - мы сможем жить, как японцы. Но они-то как раз имеют европейскую судебную систему. И парламент, и выборы у них, как в Европе. И совсем не евразийские у них отношения между бизнесом и властью. А это основные элементы, определяющие лицо государства. Все они должны быть независимыми. Впрочем, СМИ могут быть и зависимыми, официальными, но обязательно должны быть и независимыми. Нельзя превращать парламент в штампующий орган. Нельзя, чтобы все телевизионные каналы были, как близнецы. Их уже смотреть невозможно. Это словно один канал.
- А вы знаете другие примеры среди наших соседей? - спрашивали у Явлинского.
- Конечно, - отвечал он. - Например, в двух часах полета от Москвы, в Польше и Эстонии, живут по-европейски. У них получается. Правда, у них нет 70-процентной поддержки президента. Зато на вопрос "Довольны ли вы своей жизнью?" восемьдесят процентов населения отвечают "Да!". А президента там поддерживают только тридцать процентов. Мне дороже, когда 80 процентов населения довольны своей жизнью, а не президентом.
- Какие наши партии, - спросили у Григория Алексеевича, - поддерживают ЕС, и почему бы им не консолидировать свои усилия?
- Как известно, самый главный европеец в нашей стране - это президент. Такая у нас политика. Никто бы не относился к этим идеям всерьез, если бы о безвизовом режиме для России не сказал Владимир Владимирович Путин. А вот как сказал, так и пошло-поехало. А теперь вот об этом же сказал председатель Европейской комиссии Романо Проди. И это огромной значимости событие. Но 80 процентов проблем, связанных с безвизовым режимом, зависит не от Запада, а от нас. И главная из них - россияне должны иметь паспорта, которые нельзя подделать. А кто через наши границы к нам проходит, так это наша забота, а не Европы. Их волнует другое - не пропустить из России террористов к себе.
Кроме того, наши чиновники многое тормозят. Они берут дань за визы, им нужен "откат", они привыкли, чтобы им кланялись, они любят унижать и т. д. Надо поломать всю эту косную систему. А среди политических сил нет таких, которые бы были против безвизового режима.
- Но сейчас, - говорили Явлинскому, - все труднее стало получать визы, особенно долговременные. Надо выстаивать за ними огромные очереди.
- Заверяю вас, - говорил Явлинский, - что мафия в очередях не стоит. А вот как она получает визы - в этом бы следовало разобраться журналистам. В очередях стоят нормальные, обыкновенные люди. А стоят они потому, что существующий порядок выдачи виз создает предпосылки для коррупции.
- Каково ваше отношение к избранию губернаторов на третий срок?
- Отрицательное. Я против третьих сроков. И любых, всяких. Иначе коррупцию одолеть будет невозможно.
- Не кажется ли вам, что сейчас усиливается некий предвыборный мажор в оценках развития экономики?
- У нас сейчас действительно высокие темпы роста. Но база для такого роста очень сужена. В последнее десятилетие мы потеряли 60 процентов промышленного производства. Так что для заметного подъема нам нужны совсем другие темпы роста. Наша экономика остается преимущественно сырьевой. Она может обеспечить современный уровень жизни не более чем тридцати процентам населения. А семьдесят процентов населения не могут на нашем нынешнем производстве иметь современных рабочих мест. Наша экономика не интеллектуальноемкая и не человекоемкая. Мы имеем тысячи хороших специалистов, которые не могут найти себе места на современных предприятиях. Вот в чем беда.
- Но я бы, - заключил Явлинский, - не хотел завершать нашу беседу с вами на такой минорной ноте. Страна все-таки развивается, и жить в ней очень интересно. Заверяю вас, что более интересной и перспективной страны, чем наша, в мире нет. Но вот выстроить ее надо лучше.
Ролен НОТМАН.